В каждом петербургском доме, вероятно, хотя бы раз можно было увидеть этот знакомый узор — тонкую синюю сетку с крошечными «жучками» на пересечении. Этот орнамент, известный как «Кобальтовая сетка», для многих стал не просто предметом обихода, а частью детства. Однако его история уходит корнями в блокадный Ленинград 1944 года.
Как возник узор?
Идея создания этого уникального узора принадлежит художнице Анне Яцкевич, которая работала на Ломоносовском фарфоровом заводе. Она разработала дизайн для чайного сервиза в форме «тюльпан». Анна Адамовна провела все 900 дней блокады в родном городе, отвергнув эвакуацию. На заводе она продолжала трудиться, маскируя корабли с помощью оставшихся фарфоровых красок.
Легенда гласит, что «Кобальтовая сетка» — это не просто симпатичный узор. Она олицетворяет окна осажденного города, заклеенные крест-накрест для защиты от взрывов. Также в узоре можно разглядеть лучи прожекторов, которые пронзали темное небо в поисках вражеских самолётов. В блокаду Анна потеряла близких, и этот рисунок стал для неё способом увековечить их память.
Создание шедевра
Первоначально узор был золотым, именно с ним вышла в свет первая партия сервизов после войны. Позже цвет был изменён на глубокий кобальт, что и сделало его узнаваемым. В 1958 году, после смерти Анны, «Кобальтовая сетка» получила своё мировое признание на Всемирной выставке в Брюсселе. Сервиз с этим узором, который представлял Ленинградский завод, завоевал золотую медаль и стал символом ленинградской победы, стойкости и памяти о тех, кто пережил блокаду.
Исторические отголоски
Интересно, что некоторые исследователи видят в «Кобальтовой сетке» отголоски елизаветинской эпохи. В середине XVIII века известный художник Дмитрий Виноградов создал аналогичный орнамент для чайников и чашек, но с розовыми полосками. Такое сходство, хотя и отдалённое, добавляет узору исторической глубины и связывает блокадный Ленинград с имперским великолепием.
Кроме того, Анна Яцкевич известна другим знаменитым изделием, ставшим символом завода: её логотип украшает каждую чашку и тарелку, напоминая о таланте мастера, чья работа пережила время.
